Остин кивнул. Он гадал, как отреагировал бы Калеб, узнай, как давно и близко он знаком с Пейдж. Но он отрезал себе дорогу вчера. Пейдж ввела всех в заблуждение — не солгала, нет, но не стала открывать всю правду, — и не поправив ее сразу, он, по сути, пообещал молчать.

Может, так и лучше. Ведь их брак был таким недолгим…

— Ей нужна была работа с гибким графиком, пояснил Калеб, — чтобы присматривать за больной мамой, потому она и создала фирму, приняв вскоре на работу еще двух сотрудников. Что ты думаешь о «Тэннер» теперь, когда ты с нами? Перво-наперво надо подготовить для тебя кабинет. Я думал перебраться отсюда за выходные, чтобы к понедельнику этот первоклассный стол был свободен, но ты опередил меня.

Разбросанные по столу электронные устройства не дали Остину рассмотреть его целиком, но и то малое, что он увидел, было испещрено глубокими царапинами. Стол из тика, подумал он, когда-то был и вправду первоклассным, но сейчас похож на скамейку в парке.

— Спасибо, но мне не хотелось бы выдворять председателя правления из кабинета, к которому он привык. Я видел здесь пару комнат, которые меня бы вполне устроили.

Калеб улыбнулся.

— Не беспокойся, мне и самому не терпелось выбраться отсюда. Я лишь вывезу свои вещи, после чего ты сможешь устроиться рядом с апартаментами управляющего и приступить к работе.

Напротив, подумал Остин; вывезти все из кабинета Калеба — изрядная работенка: повсюду разбросаны коробки, книги и бумаги, не говоря уже об электронных устройствах и деталях к ним. И этот хлам может оказаться не самым худшим из того, что достанется от Калеба, предчувствовал Остин.

Например, секретарь.

— Я, пожалуй, найму своего секретаря, Калеб, решительно сказал он. — Новый человек, соображения личной преданности и все такое.

Калеб нахмурился.

— О чем ты? А, ты думал, что я оставляю тебе своего? Да у меня его и не было никогда!

Теперь хотя бы понятно, почему здесь такой развал.