– Понятно, – невесело сказал Райан и отключил телефон.

«Видимо, искусство для нее – всего лишь возможность вращаться в свете, – думал он, глядя в мокрую темень. – Где, как не в этом кругу, нащупать выгодного жениха? Дочка определенно пошла в мамашу…»

Когда Райан припарковал машину и поднялся к Лорен, вечеринка уже была в самом разгаре. В холле пентхауса Райан обратил внимание на мраморный пол и позолоченные кресла в стиле регентства. В том же французском стиле была выдержана и остальная квартира. Райан знал, что этот стиль принято связывать с Людовиком, только не мог припомнить, с которым. Недаром хозяйка этих хором много лет прожила во Франции.

Отвечая кивками на приветствия, он протиснулся к бару и заказал свой излюбленный двойной джин «Будлз» со льдом, а потом побрел по холлу в сторону роскошной гостиной, где хлопотали официантки в белых передниках. Его внимание привлекли два высоких зеркала в испанском стиле в восьмиугольных рамах с барочными хрустальными украшениями. Судя по всему, Лорен пошла в мать и в этом: без счета швыряла деньги на ветер.

Потягивая джин, Райан заглянул в библиотеку, где тоже трудилась прислуга, расставляя перед огромным диваном удобные кресла. Над резной каминной доской, украшенной купидонами, посылающими друг другу воздушные поцелуи, висело другое старинное зеркало.

Пока что он не заметил во всех этих роскошных апартаментах ни одной картины. Удивительно, ведь здесь обитает сотрудница художественной галереи! У него сложилось странное впечатление о ее вкусе: откуда такой пиетет по отношению к гильотинированным неудачникам и художественному наследию их эпохи?

Коридор тоже был увешан зеркалами, напоминая Версаль. Дверь в одну из спален оказалась приоткрытой, и оттуда до Райана донесся голос, который нельзя было спутать ни с одним другим. Принадлежал он Мутси Маккалистер.