– Вашего брата увезли в больницу, – тихо сообщила она.

В приемном отделении подтвердили то, чего Лорен больше всего боялась: Пол пытался совершить самоубийство. Она тут же набрала номер Мортимера Уэста, одного из лучших психиатров города, и попросила его приехать. Уэст давно наблюдал Пола, хотя так до сих пор и не придумал, как ему помочь.

Войдя на цыпочках в переполненную палату, она нашла Пола спящим, и от его вида у нее перехватило горло: светлые, как у нее, волосы, выпачканные кровью, прилипли к виску, на подбородке красовался фиолетовый кровоподтек. Что же произошло? По словам врача, Пол наглотался снотворного, а потом упал…

Рука Пола безвольно свисала с койки. Этой рукой он уже дважды пытался лишить себя жизни.

Лорен смотрела на брата и боролась со слезами. В последнее время ей казалось, что Пол начинает поправляться. Депрессия, от которой он страдал после смерти жены, как будто пошла на убыль. И вот…

– Пол… – прошептала она, когда он неожиданно открыл глаза и взглянул на нее. У брата и сестры были одинаковые синие глаза, только глаза Пола становились иногда совершенно бессмысленными. Как она боялась этого взгляда! – Что случилось? Ты можешь все мне рассказать!

Лорен вдруг вспомнила, как те же самые слова Пол говорил ей когда-то в Марракеше. Тогда он крепко сжал ее руки и не отпускал до тех пор, пока она не выложила ему всю правду.

– Я сам ничего не понимаю… – В голосе Пола звучала обреченность. Впрочем, он пребывал в отчаянии с того самого дня, когда онкологи поставили Марси смертельный диагноз. – Я принял снотворное. Через несколько минут мне стало плохо. Кажется, я упал.

– Сколько таблеток ты выпил?

– Одну.

Но после одной таблетки ему не кинулись бы промывать желудок, спасая от верной смерти. Лорен стиснула его руку.

– Я вызвала доктора Уэста. Поговори с ним. – Дожидаясь его ответа, она крутила на запястье серебряный браслет, который брат подарил ей в Марракеше много лет назад. Но Пол так ничего и не ответил. Лорен тяжело вздохнула и отправилась встречать доктора.