Пока Тэк прощался с Мама-сан, владелицей клуба, Лорен незаметно поставила его бутылку на самом виду, посередине стойки. В этом клубе действовали правила, позаимствованные на токийской Гинзе. Роскошные интерьеры и владеющий японским языком персонал – все это воспринималось как нечто само собой разумеющееся. Зато за удовольствие любоваться собственными именами на бутылках посетители охотно выкладывали умопомрачительные суммы. Имя Такагамы Накамуры служило заведению наилучшей рекламой.

Кивнув облаченной в кимоно Мама-сан, Лорен почтительно распахнула перед Тэком дверь и последовала за ним к лимузину. Перед отъездом гость, как всегда, перешел с японского на безупречный английский.

– Позвоните Барзану, Лорен, – повторил он. – Поверьте, Карлос мгновенно решит все ваши проблемы.

Провожая взглядом лимузин, Лорен напряженно размышляла. Разумеется, Тэк и без расспросов знал, что Пол совсем плох и в связи с этим у нее масса проблем. Кроме всего прочего, она очень многим ему обязана: Тэк всегда щедро оплачивал ее услуги и уже давно приобрел право дать ей дельный совет. Она совершила бы глупость, оставив предложение Барзана без внимания.

Такси доставило к клубу очередную компанию японцев. Лорен проводила их в бар, где они встретили почтительным перешептыванием центральный экспонат – бутылку Такагамы. Лорен давно научилась не обращать внимания на откровенные взгляды клиентов. Что делать, если для них она – гейша, добровольная пленница этой японской тесноты!

Лорен уже собиралась принять первый заказ, когда к ней маленькими шажками приблизилась Мама-сан.