Я подумала, какая она упругая и почувствовала тепло, исходившее от ее тела. Податливость и застенчивость почти обнаженных ножек. Я, не отрываясь, гладила ее киску и не могла остановиться.

Я все время боялась того, что она оттолкнет руку и отвергнет мои ласки. Вдруг она слегка привстала и глубоко под себя подтянула платье. Я смотрела зачарованно на ее трусики и обнаженные ножки, которые она слегка развела в стороны и которыми медленно покачивала.

Двумя руками я обхватила ее за бедра и слегка откинула навзничь, подтянув к себе, а затем развела в стороны ее ноги. Я почти задыхалась в волнении и ожидании от ее покорности и увиденной мною картины.

Она пустила мое лицо к себе, прямо к трусикам. Я приткнулась своим открытым ртом в ее киску под трусиками и почувствовала одурманивающий запах ее плоти.

Я стала целовать ее плоть, вытянув язык, стала лизать ее киску под трусиками. Мои руки скользнули к Женькиным ляжкам, я почувствовала всю теплоту ее тела, плавность форм ее бедер.

Я гладила ее руками по талии и бедрам, цеплялась пальцами за резинку трусиков и тянула их. Потом, осмелев от ее покорности, залезла пальцами под трусики и повела ладонями по бедрам сначала снаружи, а затем, медленно задевая пальцами за ее волоски, сверху ее киски, залезла подушечками пальцев на ее лобок.

Женька слегка застонала и еще крепче прижала мою голову к себе. Своим языком и слюнями я промочила насквозь Женькины трусики, и мой язык все яснее ощущал сквозь тонкую и промокшую материю округлые контуры ее губ, впадинку под ними и легкий кисловато-мускатный привкус Женькиных соков.

Женька текла. И я так распалилась, что почувствовала, как у меня сделалось мокро между ногами. Я стала задыхаться, меня всю выкручивало, и я уже, не могла больше усидеть на согнутых ногах.