Вовец не счел нужным церемониться с этими дураками. Нет, это никакая не милиция, не рыбнадзор, даже там подобных молодых долбаков не держат. Это какая-то самодеятельность. Он растянул резиновый фартук на кокпите каяка, влез внутрь и оттолкнулся веслом. Энергичным гребком послал лодку вперед. Пролетев до конца островка, резким круговым движением весла развернул лодку и обогнул отмель.

Долбаки, разинув рты, следили за его манипуляциями. Он уже находился по другую сторону островка. Следы на песке показывали, что и с этой стороны приставали лодки. Канавки, оставленные килями, располагались на расстоянии ладони друг от друга, совершенно параллельно. Каждый раз лодка приставала в одном и том же месте.

Вовец круто развернул каяк и дал задний ход. Острая корма ткнулась в песок, точно легла в килевой след. Нос смотрел в высокие береговые заросли камыша, тростника, какого-то кустарника. С той стороны регулярно приходит лодка. Вовец махнул вперед, держа курс на эти заросли.

– Эй, ты чего? – сзади вдруг взревел Кролик. – А ну вернись!

Вовец тут же сменил курс. Теперь ему стало понятно, что за этой плавучей лавдой, за колыхающимися на воде зарослями таится нечно секретное, что-то запретное для постороннего глаза. Он не собирался больше испытывать судьбу. Следовало срочно сматываться, а дальше будет видно, как действовать.

Каяк летел вдоль топкого берега, весло так и порхало, закручивая на воде глубокие воронки. Он оглянулся через плечо на быстро удаляющийся островок. Могучий Кролик скакал по песку, а Щипаный Гусь возле палатки общался с передатчиком. Прутик антенны сверкал на солнце хромированными суставами.

Через минуту раздался отдаленный рев мотора. Во время гребка Вовец глубоко наклонился вперед и, глянув из-под мышки, увидел как прямо из берега выскочила дюралевая "казанка". Высоко задирая нос, лодка заложила глубокий вираж, обходя островок. Те, кто в ней сидел, явно намеревались отсечь каяк от выхода из залива, прижать его к болотистому берегу и захватить Вовца.