– Хорошо, – очень внятно произнесла Элли, и голос ее был таким же, как и ее взгляд. Казалось, что в этот момент она навсегда скрыла от них свое настоящее лицо. – Пусть будет так, как вы хотите.

«Спасибо тебе, Паола, – вспоминая о своей прежней жизни, думала Элли. Боже, как ей было больно, когда она с трудом ворочалась на больничной койке, пытаясь найти наиболее удобное положение для ноющих ребер. – Теперь я свободна...» Она закрыла глаза и почувствовала, как начинает куда-то уплывать. «Господи, два с половиной года рабства и бесконечная череда безликих мужчин перед глазами. Все, хватит. Мне удалось от этого избавиться, пусть даже таким болезненным путем, но даже в этом есть свои положительные стороны, потому что я не собираюсь выписываться раньше чем через две недели. Для меня это будут маленькие каникулы... Это мои первые каникулы с того самого дня, как я появилась на свет», – в ужасе подумала она. Отец неодобрительно относился к таким «причудам», как каникулы. «Все это никому не нужные излишества», – постоянно говорил он ей. Очень осторожно она дотянулась до своей большой черной сумки из кожзаменителя. В ее ручке были спрятаны две аккуратно сложенные банкноты по двадцать фунтов. Все-таки ей удавалось обводить Мики вокруг пальца! Благодаря этому она могла себе позволить изредка купить какой-нибудь журнал или плитку шоколада. Мысль о том, что у нее есть деньги, приятно грела ее сердце. Теперь, когда она вылечится и найдет работу, все деньги, которые она заработает, будут принадлежать только ей и никому другому! «Я больше никогда не буду зависеть от прихоти мужчин. Никогда! – поклялась она. – Я хорошо усвоила преподнесенный мне урок.