Краешком глаза она наблюдала, как он взбирается по склону оврага к кустарнику. В его движениях сквозили твердость и упрямство. Линия его плеч говорила ей, что он не из тех, кому можно указывать, что делать. И все же она пришла сюда первой.

На противоположном, более отлогом берегу копошилась уйма народу, но она ушла дальше, к самому ивняку, потому что знала — там ягод больше. Оказывается, Джону тоже было это известно.

Свет отражался на глянцевитой поверхности листьев кустарника. В Калифорнии остролист имеет жесткие, остро зазубренные по краям листочки. Изабель взяла с собой пару перчаток, чтобы не исцарапать руки. Кроме того, у нее с собой фляжка воды, печенье с джемом и лимонный леденец, чтобы во рту не пересыхало.

Она поставила фонарь на землю, изо всех сил стараясь забыть, что где-то совсем рядом Джон шарит по кустам. Они разделились: Изабель пошла по левой стороне зарослей, Джон — по правой.

Керосиновый фонарь достаточно ярко освещал пространство вокруг нее, тогда как Джону приходилось промышлять в абсолютной темноте. Улыбка против воли овладела уголками ее рта. Она попыталась согнать непрошеную гостью с лица, закусив губы, но та упрямо вылезала обратно. Его самоуверенность раздражала ее. Он хочет честной игры? Пожалуйста. Благодаря ее предусмотрительности у нее есть ряд неоспоримых преимуществ перед ним.

Ну кто виноват, что он не додумался прихватить с собой ни еды, ни огня? Должно быть, не рассчитывал долго здесь проторчать. Она же, напротив, запаслась всем необходимым, чтобы можно было работать всю ночь.

Изабель принялась трудиться, непрерывно думая о награде и о том, как она потратит деньги. Немного погодя взглянув на часы, прикрепленные булавкой к корсажу, и обнаружив, что уже почти три часа, она заставила себя сосредоточиться на работе. В корзине оставалось еще столько места!

Спина болела оттого, что приходилось постоянно наклоняться. Колени, несмотря на то что она подкладывала под них маленький плетеный коврик, покрылись синяками.