А его руки бесцеремонно блуждали по ее телу, знакомясь с каждой извилинкой. На ней была шелковая шаль с бахромой, купленная на уличной распродаже всего за несколько гульденов. Спереди она скреплялась блестящей брошью, но во время танца брошь как-то незаметно расстегнулась, и шаль соскользнула с плеч.

А носила она эту шаль потому, что тоненькая хлопчатобумажная блузочка с излишней откровенностью обнажала ее нежные груди — больше, чем она могла себе позволить. Пожирая их испепеляющим взглядом, он наслаждался зрелищем в свое удовольствие.

Чарли была худенькой девушкой, и ее формам не требовалось лифчика, поэтому в своем полупрозрачном облачении она смотрелась почти как в костюме Евы. И ощущала, как под его пристальным взглядом ее соски, словно бутоны, набухают под тонкой паутиной ткани. Он коснулся ее рукой, и у нее перехватило дыхание.

Не будь сзади опоры, она бы, пожалуй, не удержалась на ногах. Она беспомощно прислонилась к стенке каюты, а его язык оказался уже в нежной раковине ее ушка, и ладони ласково поглаживали ей груди, кружа вокруг нежных сосков и разжигая в ней всепоглощающий пожар.

Она откинула назад голову, из уст вырвался прерывистый вздох. До ее сознания дошел его смех, торжествующий смех победителя. Он вновь припал к ее губам, будто они принадлежали ему по праву. Ей оставалось только покориться. Она не могла устоять против наглого вторжения его языка, а ее маленькие груди предательски обнажали все оттенки ее ощущений.

— Продолжать дальше здесь не место, — тихо произнес он низким хрипловатым голосом. — Мой дом в двух шагах отсюда, там наверху есть огромная двуспальная кровать. На ней мы могли бы недурно устроиться.

Его слова донеслись до нее как бы из другого мира. Опомнившись, она перепуганно раскрыла глаза.