– Полиция! Всем оставаться на местах, – сказал он, доставая свой значок. – Вы находитесь в месте, где занимаются проституцией, следовательно, вы все арестованы.

Словно в хорошо отрепетированной мизансцене, в этот момент открылась дверь и вошел толстый полицейский в форме. Я его сразу узнала, у него была кличка «Человек со шрамом».

– Добрый вечер, мисс Холландер, – сказал он, криво взглянув на меня. – Я ведь вам говорил, что мы с вами еще встретимся.

Восемь полицейских в форме ввалились за ним и перевернули весь дом вверх дном. Вся эта сцена скорее походила на один из старых фильмов Бастера Китона, чем на полицейский обыск.

Они переворачивали столы, вываливали все из ящиков и сваливали на столик на колесиках все, что не было прибито или привинчено, даже мои детские любовные письма, семейные альбомы, мои поваренные книги.

– Отдайте их мне, – попросила я у полицейского, который охранял все это. – Вы ведь у себя в полицейском участке не будете готовить супов по-голландски.

Но тот лишь покачал головой в ответ.

Они забрали все спиртное, что я получила в обмен от одного из клиентов, который платил мне так: ящик за каждую девушку, услугами которой пользовался. Даже сигареты, которые я купила без пошлин во время моей последней поездки в Голландию, тоже отобрали. Однако это меня не очень-то беспокоило. Больше всего меня тревожила моя черная книжка со списком клиентов и бухгалтерская книга, которые лежали на этажерке, на самом виду. Последний раз, когда полиция у меня их отобрала, мне пришлось дать взятку, чтобы вернуть свою «документацию». Ну, на сей раз я решила забрать книги раньше них. Полицейский, который наблюдал за вещами, показался мне мужиком горячим, к тому же известно, что в каждом мужчине дремлет свинья. Я вытащила из одного из ящиков коллекцию порнографических фотографий.

– Эй, вы, хоть на это-то взгляните, – сказала я, протянув ему всю пачку.