- Какого ужасного человека? Что случилось?

- Убийцу, - миссис Палмер понизила голос до шепота. - Его судили за убийство, "жестокое убийство лучшего друга", так писали в газетах.

Процитированный газетный заголовок странно отозвался у меня в голове эхом.

- Он думал, что друг увлекся ею, его женой, поэтому и убил его. Это все было в газетах.

Я уставилась в ее глупые, добрые, слегка взволнованные глаза и почувствовала дурноту.

- Отец Дэвида, вы хотите сказать? - спросила я оцепенело. - Отец Дэвида - убийца?

Она кивнула.

- Правильно. Задушил шнуром от шторы. Ужасно! Акт сумасшествия на почве ревности, говорят.

Я ответила невпопад, глядя в сторону:

- Бедный мальчик... Когда это произошло?

- Суд был в апреле. Конечно, она не мать мальчика, она вторая жена. Но, разумеется, она увезла ребенка, так как не могла оставить Дэвида отцу после всего случившегося.

- Что вы имеете в виду? Вы хотите сказать, он еще жив?

- О, да!

- В тюрьме?

Она покачала головой и наклонилась чуть ближе.

- Нет. Это ужасно, миссис Селборн. Он на свободе.

- Но...

- Его выпустили за недостаточностью улик, так они это называют. И его оправдали.

- Но, может быть, он невиновен. Я имею в виду, суд...

- Виновен, - сказала миссис Палмер, похлопав меня по руке. - Виновен как дьявол. - Она замолчала и покраснела. - Так говорит мистер Палмер, вы понимаете, миссис Селборн. И я верю, что бедняга был безумен, иначе он никогда не напал бы на мальчика, убийца он или нет.

- Напал... на мальчика? - повторила я потрясенно.

- Да. Ужасно, не правда ли?

Я увидела слезы в ее добрых светлых глазах и почувствовала расположение к ней. В миссис Палмер не было ничего от вампира; она наслаждалась этой историей не больше меня.