Катя медленно пошла мимо, читая аккуратные таблички перед каждой вещью. Здесь были собраны труды историков, археологов, физиков, летописцев, кажется, с тех пор, как человек научился писать.

- Это копии? - спросила изумленная Катя.

- Здесь только подлинники, - сухо ответил Леон; неужели его так рассердило её предположение?

- Удивительный музей, - пробормотала девушка.

- Это сокровищница, - поправил он. - Музей - место, где раритеты выставляются для обзора, вернее, для обозрения. А здесь они хранятся. И принадлежат узкому кругу заинтересованных людей.

- И кто эти люди?

- Орден честолюбивых историков.

- Какое странное название.

- Вас смущает слово - честолюбивые? Наши идеологи придали ему негативный смысл. А мы воспринимаем его по первоначальному значению. Честолюбивый человек любит, чтобы все было по ЧЕСТИ: доброе имя, незапятнанная репутация, почет, положение, которого он заслуживает своим трудом, знаниями, пользой, приносимой обществу... Что же вас беспокоит?

- Что вы имеете в виду под словом - положение?

- Богатство. Возможность пользоваться всеми благами цивилизации. Исполнять мечты, желания... Ничто так не разъедает душу, как неутоленное желание...

- И все это - только для узкого круга?

- Для членов нашего ордена.

- Но это все уже было, - Катя замялась, подыскивая слова. - Массонская ложа, аристократия всех веков и народов...

- Нет, Катюша, вы меня не поняли. Аристократы вообще были всякими, в том числе вырожденцами, одиозными личностями. А я говорю о лучших, умнейших людях своего времени, которые благодаря таланту добиваются этого для себя и себе подобных.

- Скажите... а белые историки тоже имеют свой орден?

- Куда им! - Леон презрительно усмехнулся. - У них, конечно, есть организация, но её идеи так примитивны... Та же пионерия, только для взрослых... Вам о них рассказал Эрик?

- Да. Якобы они мной интересуются.