— Я хочу сделать сюрприз эрцгерцогине, я уже говорил тебе об этом, и показаться ей без всякой пышности, так же, как я хочу увидеть и ее в простом дорожном костюме.

Мы выйдем на дорогу, когда покажется кортеж.

Тяжелый вздох, такой сильный, что его услышала Марианна, показал, что думает Мюрат об этом проекте, затем он покорно добавил:

— Подождем?..

— Полно! Не делай такую мину! Все это невероятно романтично! И я напомню тебе, что твоя жена рядом с Марией-Луизой! Разве ты не рад снова увидеть Каролину?

— Разумеется! Но мы уже слишком давно женаты, чтобы неожиданная встреча могла так обрадовать. И к тому же…

— Замолчи! Ты ничего не слышишь?

Все находившиеся в церкви: и наблюдатели, и наблюдаемые — напрягли слух. Действительно, издалека доносился своеобразный шум, похожий на приближающуюся все ближе и ближе грозу.

— В самом деле, — с явным облегчением сказал Мюрат. — Это уж наверняка кареты! Впрочем…

И неаполитанский король мужественно покинул укрытие, добрался до дороги, затем побежал обратно, крича:

— Вон первые гусары эскорта! Ваша супруга прибывает, сир!

В следующий момент Наполеон присоединился к нему, тогда как влекомая непреодолимым любопытством Марианна подошла к дверям церкви. Не было ни малейшего риска, что ее заметят. Все внимание императора приковалось к предшествуемой сине-розово-голубыми всадниками веренице карет, приближавшейся хорошим аллюром, и это ранило Марианну в самое сердце. Теперь ей стало ясно, с каким пылом он ожидал ту, от которой надеялся получить наследника, эту дочь Габсбургов с традиционно необходимой королевской кровью.