Робин даже гадать не хотелось. Как, впрочем, и знать!
– Понятия не имею, – пожала плечами она.
Но Теренс хотелось рассказать все подробности:
– Рей намекнул, что ему кто-то что-то сказал. А этим единственным «кем-то» могли быть только вы!
Робин как-то не верилось, что ее слова могли внезапно изменить планы Реймонда в отношении компании Гилберта. Здесь должна была быть какая-то другая причина.
– Не думаю, что это так, хотя я искренне рада за вас обоих. – И надеюсь, что он не передумает, мысленно добавила она. – Однако на месте Гилберта я бы как можно скорее оформила все юридически.
– Он это уже сделал! – радостно заверила ее Теренс. – У Рея своя команда юристов, и вчера вечером они с поверенным Гилберта все уладили. У нас просто гора с плеч упала, – удовлетворенно вздохнула она.
Робин и сама уже заметила, насколько спокойнее стала ее собеседница. Хотелось бы ей чувствовать себя так же!
К сожалению, это было невозможно. Возвращаясь домой, Робин терзалась тревожными мыслями. Почему Реймонд, который твердо решил выкупить компанию Гилберта Спенсера, вдруг сделал поворот на сто восемьдесят градусов и пошел на попятную?
Не может быть, чтобы на это решение повлияли ее слова. Этот человек был слишком жесток и бессердечен – уж она-то это знала.
В отвратительном настроении, нагруженная пакетами с продуктами, которые купила по дороге, Робин подошла к двери своей квартиры… и обнаружила на пороге огромный букет цветов.
Эти цветы, от кого бы они ни были, – а у нее возникло неприятное ощущение, что она точно знает, кто их прислал, – вовсе не доставили ей удовольствия. После того что Робин пережила три года назад, она твердо решила, что ни один мужчина, каким бы привлекательным он ни казался, больше не войдет в ее жизнь и не сможет ее разрушить, как это уже однажды случилось.
Кроме того, как эти цветы вообще попали на порог ее квартиры? На пятый этаж можно было попасть только на лифте, поэтому цветы и посылки, как правило, оставляли у консьержки.