— Он ведет переговоры о покупке комплекса «Остров миражей» у сэра Фрэнка Маллигана. Я считаю это ценным приобретением, но он натолкнулся на препятствие.

— Что за препятствие? — спросила Стефани.

Крестный отмахнулся от вопроса.

— Было плохо слышно, и я не стал выяснять. Джой способен решить любую проблему, я ему полностью доверяю.

— Тогда зачем мне туда лететь?

— Джой сказал, что надо подстраховаться.

— Не понимаю, как. Мое участие в проекте давно закончилось. Что сэр Фрэнк может хотеть обсудить со мной?

Крестный поднял вверх кустистые седые брови, и от этого на его длинном костлявом лице стал более заметен неожиданно мягкий подбородок. Ростом шесть футов, загорелый и худой как тростинка, с седыми волосами, которые нуждались и в стрижке, и в укладке, даже в своем безукоризненном костюме он напомнил Стефани старого закаленного морского капитана.

— Всем известно, что Маллиган несколько эксцентричен. Кто его знает, чего он захочет от нас перед заключением сделки! Что касается меня, то, если Джой считает важным твое присутствие на переговорах, мне этого достаточно.

Вообще-то Стефани считала абсолютную веру Дункана в своих менеджеров достойной восхищения, но в данном конкретном случае ей очень хотелось ее подорвать. У нее не было ни малейшего желания помогать Джою в любой трудной ситуации.

— Все это хорошо, Дункан, — уступила она, — но, к сожалению, сейчас все, что я могу сделать, — это отправить Льюиса, моего помощника. Меня не было на работе больше месяца, накопилась уйма дел…

— Я ценю твое усердие, Стефани, но эта поездка чрезвычайно важна для меня. Я не хочу, чтобы Маллиган заключил сделку с кем-нибудь другим, например с этим плутом Кингстоном.

Коул Кингстон был миллионером, который всего добился сам и сколотил состояние, покупая не слишком прибыльные австралийские курорты и перепродавая их иностранцам. Хотя все было законно, подобный бизнес автоматически делал его проходимцем в глазах Дункана, твердо убежденного в том, что австралийская земля должна находиться в австралийских руках.