Он как-то слишком поспешно наклонился, чтобы взять багаж. Подозрения Стефани усилились. Она схватила его за локоть и не отпускала, пока он не поднял на нее свои черные как уголь глаза. Как она и предполагала, на лице была та характерная туповатость, за которой мужчины почему-то надеются скрыть вину.

— Расскажи мне сейчас, дорогой, — протянула она, приторно улыбнувшись. — Иначе эта трогательная история о воссоединении двух любящих сердец отправится в унитаз.

— Стефф, ниче…

— Расскажи мне.

— Если хочешь знать, — прошипел он, — Тори Маллиган рассматривает меня как незатушенный костер и может попытаться раздуть пламя.

Стефани округлила глаза.

— Я должна была догадаться! Это объясняет ядовитые взгляды, которые она на меня бросала. Сэр Фрэнк знает?

— Не думаю, но… — Джой с тревогой посмотрел на хозяев, — Маллиган невероятно ревнив. Если мы не убедим их, что Тори меня не интересует, он просто выкинет нас с острова — и прощай сделка. — Он твердо сжал губы. — Нам придется лезть вон из кожи.

— За это ты будешь моим вечным должником.

— Но ты сделаешь это?

— Не волнуйся, дорогой. Я буду лучшей женой, о которой ты только можешь мечтать! — Она довольно хихикнула, глядя на его обиженное лицо.

— Не надо их недооценивать, — предупредил он. — Маллиган — проницательный старый дьявол, а Тори — тот тихий омут, где черти водятся.

— Очень может быть, — проговорила Стефани, беря его под руку и улыбаясь ему при виде роскошной брюнетки и седого мужчины, которые быстро к ним приближались. — У нее, должно быть, крайне низкий коэффициент умственного развития, если она выбрала тебя.

Они летели на остров на вертолете, причем сэр Фрэнк вел его сам. По дороге Тори с переднего сиденья бросала Джою взгляды «Я не считаю ее конкуренткой», а Стефани, которая сидела рядом, — «Только подожди, пока мы останемся наедине». Джой думал, что, если бы взгляды могли убивать, он бы умер от множественных ранений еще до приземления.