Прежде я думал, что он опекает вас как бедную, беззащитную девочку, эдакий цветочек, который может сломаться без надлежащей опоры. Но я ошибся. Женщины вашего типа вызывают у меня неприятие. Вы готовы переступить через любое живое существо, лишь бы вам комфортно жилось. Ну а если кому-то придется пострадать ради вашего удобства, то и черт с ним! Разве не так? – в голосе его звучала открытая неприязнь. Дорис осознала, что его грубая атака действует на нее сильнее, чем ей хотелось бы.

– Меня не интересуют ваши рассуждения. – Она сумела произнести эти несколько слов весьма насмешливым тоном. – Тем не менее, ваши высказывания о женщинах того типа, к которому, по вашему мнению, я принадлежу, весьма любопытны.

Зеленые глаза стали похожи на узкие бойницы. Брюс встал и круто повернулся на каблуках.

– Маленькая потаскуха. – Он произнес это утвердительным тоном, как бы вынося приговор. – Ты используешь мужчин в своих целях, потому что с малолетства поняла, что таким образом легче получать необходимое тебе, чем добиться своих целей работой. Ты спала с мужчиной, который был старше, чем мог бы быть твой отец. Но ты не считала это чрезмерной платой за свое безделье. Ты эгоистка до мозга костей, в противном случае не осталась бы тут, принося страдания Патрику…

– Понятно. Значит, вами двигают чисто альтруистские соображения. – Дорис засунула руки глубоко в карманы халата, как бы уберегая свои тонкие пальцы от непреодолимого желания вцепиться в его противно ухмыляющееся лицо. Она не собиралась опровергать пункт за пунктом его вздорные обвинения, хотя могла бы пару раз ткнуть его носом в очевидную ложь. – Не кажется ли вам, что Блэквуд слишком маленький кусочек, чтобы войти в империю Кейпшоу? – Эти слова она произнесла уже достаточно спокойно, хотя и не без иронии. – А может быть, вы просто собираетесь снести дом и построить на его месте громадину с сотней комнат, похожих друг на друга как две капли воды?