Он метнул на нее раздраженный взгляд, в котором она прочитала еще и огорчение. Этот взгляд заставил Дорис опустить глаза. Она вдруг почувствовала, что ей больше не доставляет удовольствия злить Брюса Кейпшоу.

К тому же это занятие становилось небезопасным. Примерно то же самое, как пытаться приманить дикого зверя, не представляя, какой будет его реакция через минуту.

– Вы чудовищная женщина. Я отказываюсь принимать участие в перепалке с дамой, которая привыкла к тому, что каждый мужчина, не пришедший в восторг от ее мимолетной улыбки, непременно должен оказаться хамом, оскорбляющим ее. Если уж вам так хочется обсудить мои взгляды, убеждения и предрассудки, то предлагаю сделать это в более подходящей обстановке, без посторонних ушей и глаз. – Веки Брюса были полуопущены, резкая тень еще больше подчеркивала жесткую линию его подбородка и выступающих скул.

Дорис, сама высокого роста, рядом с ним показалась себе карликом, когда он, слегка подталкивая, стал направлять ее по лестнице вверх.

В отеле было немного номеров, но каждый из них, богато и со вкусом обставленный, имел такой уютный и привлекательный вид, что невольно приходила мысль о том, что здесь хорошо проводить медовый месяц. Кстати, во всех спальнях стояли огромные кровати с балдахинами, покоящимися на четырех массивных опорах.

Переступив порог номера, Дорис безотчетно уперлась взглядом именно в такую кровать и не могла оторвать глаз от покрывала, украшенного ручной вышивкой. Когда она, наконец, огляделась кругом, то прежде всего увидела, что хозяин апартаментов углубился в какие-то расчеты. Тот факт, что Брюс так демонстративно игнорирует ее присутствие, почему-то жутко обидел Дорис.

– Так это моя комната, или вы уже передумали, – поинтересовалась она ледяным тоном.

Он оторвал глаза от блокнота и равнодушно бросил:

– Мне кое-что надо срочно сделать.

– Как ни странно, мне тоже. Так что бессонница на вас напала некстати и, надеюсь, не по причине моего присутствия.