Через несколько секунд, вглядевшись повнимательнее, Моргон понял, что Руд, сидящий на кровати в золотом недавно полученном одеянии, держит в руках чашу из светлого стекла, наполовину наполненную вином, и читает письмо.

Наконец Руд услышал – или почувствовал – присутствие в комнате постороннего и резко вскинул голову. Это движение сразу же заставило Моргона словно бы переступить невидимый порог и оказаться в прошлом. Слишком уж знаком был ему этот жест – резкий поворот головы, волосы, взлетающие вверх и открывающие тонкое, всегда, даже в минуты бесшабашного студенческого веселья, сосредоточенное лицо Руда.

– Моргон! – Руд тяжело поднялся с кровати, опрокинув позади себя кипу книг. Он шагнул к Моргону, сжал его в объятиях, не выпуская, впрочем, из одной руки чашу, а из другой – письмо.

– Присоединяйся ко мне. Я праздную. Странно видеть тебя без привычного одеяния... Да, ведь я и забыл: ты теперь земледелец. Ты именно поэтому приехал в Кэйтнард? Привез свое зерно, или вино, или что там еще?..

– С пивом я приехал, – ответил Моргон. – Мы не умеем еще делать хорошее вино.

– Как это печально. – Руд не сводил с Моргона глаз. – Я слыхал о твоих родителях. Торговцы только о них и говорили. Я, признаться, тогда рассердился.

– Почему?

– Потому что это замуровало тебя в Хеде, сделало из тебя земледельца, занятого мыслями только о яйцах, свиньях, пиве и погоде. Ты никогда сюда не вернешься, а мне тебя так не хватает...

Моргон швырнул свой мешок в угол. Спрятанная корона заставляла его чувствовать себя виноватым.

– Я приехал,– тихо сказал Моргон,– я должен... Я должен тебе кое-что рассказать, но не знаю, как начать...

Руд быстро разжал объятия, даже слегка оттолкнув Моргона от себя, и отвернулся.

– Ничего не хочу слушать. – Он взял вторую чашу и наполнил вином, не забыв добавить и в свою. – Два дня назад я получил Золотую Степень.