– Да ты всегда отдыхаешь, – захихикала Джейн.

Общение с людьми ее возраста в дружеской обстановке принесло Соррель много удовольствия.

Впервые с того момента, как ее самолет вылетел из аэропорта Харастана, она смогла расслабиться.

Работа оказалась такой легкой, что Соррель могла бы выполнять ее с закрытыми глазами. В свободное время она поливала растения и читала все, что только смогла найти о Брайтоне.

Когда Джейн и Чарли расспрашивали Соррель о ее прошлом, она отвечала: мол, работала на Ближнем Востоке, но захотела перемен. Говоря так, девушка не кривила душой. Она понемногу привыкала к работе, но никак не могла избавиться от нервного напряжения.

Еще несколько месяцев назад я запросто общалась с политическими лидерами, президентами, королями и королевами… Куда же подевались мои обычные спокойствие и невозмутимость?

Окажись рядом с ней мудрый опытный советчик, он объяснил бы Соррель: ее волнение связано не только с необходимостью обосноваться в практически чужой для нее стране, она к тому же вынуждена была стать совсем другой личностью, в буквальном смысле слова начать жизнь с чистого листа.

Но такого человека не нашлось.

Первым делом Соррель купила подходящую новую одежду и теперь чувствовала себя не в своей тарелке – так необычно для нее было отсутствие строгого дресс-кода, к которому она привыкла в Харастане.

Ей казалось, она почти раздета – хотя, конечно, это было не так, особенно по сравнению с другими девушками. Соррель купила пару длинных юбок из легкой ткани и джинсы, но они слишком низко сидели на бедрах, а ее новые футболки слишком сильно облегали грудь. Соррель не привыкла ходить в таком виде, и ей приходилось постоянно напоминать себе, что это Англия, не Харастан.