Почти два года назад, в семьдесят восьмом году, в День труда, от заднего вагончика «Черного грома» отвалилась колесная подвеска, он оторвался от остальных, и его отшвырнуло в сторону. К счастью, никто не пострадал, но администрация штата Южная Каролина в тот же день закрыла аттракцион, и ни один банк не пожелал финансировать дорогостоящие восстановительные работы, без проведения которых администрация штата не разрешала вновь открывать американские горки. Без этого знаменитого аттракциона парк развлечений на Серебряном озере умирал медленной, мучительной смертью.

Хани прошла в глубину парка. По правую руку засиженная мухами лампочка освещала заброшенную площадку «Автодрома», в котором побитые автомобильчики из стеклопластика терпеливо дожидались, когда завтра в десять утра парк откроют для посетителей. Она прошла через «Киддиленд» с его миниатюрными мотоциклами и пожарными машинками, застывшими на своих нескончаемых кольцевых рельсах. Еще дальше отдыхали от дневных трудов аттракционы «Мотогонки» и «Карусель». Она задержалась перед «Домом ужасов», над входом в который красовалось светящееся изображение обезглавленного тела с бившим из обрубка шеи фонтаном фосфоресцирующей крови.

— Шанталь!

Никто не ответил.

Сняв с крюка за билетной кассой фонарь, Хани целеустремленно поднялась по наклонным мосткам в «Дом ужасов». Днем эти мостки раскачивались, а из громкоговорителя неслись отдававшиеся эхом стоны и пронзительные вопли, но сейчас все было тихо. Пройдя по «Коридору смерти», она посветила на семифутовую фигуру палача в капюшоне с окровавленным топором.

— Шанталь, ты здесь?

Ответом была мертвая тишина. Пробравшись через искусственную паутину, Хани прошла мимо блока рубильников к «Логовищу крыс». Оказавшись внутри, она повела фонарем по маленькому помещению. Сто шесть мохнатых серых крыс, притаившихся в стропилах и свешивавшихся с невидимых ниток над ее головой, уставились на нее множеством отсвечивавших красноватым блеском глаз.