В тот, прошлый раз он тоже был здесь. Как могла она об этом забыть? Только теперь его темные волосы были коротко подстрижены, а лоб пересекали складки, говорившие о душевных переживаниях... И еще: в его темных глазах горел непонятный, обжигавший ее огонь. - Дядя Джейк? - Ну, что скажешь, невеста? - произнес он хриплым сердитым голосом, лишенным прежнего тепла, о котором она часто вспоминала. - Никакой я тебе не дядя, черт возьми! Я всего лишь кукушонок, которого подбросили в чужое гнездо. Мы с тобой даже не родственники. Какого дьявола ты сюда притащилась? Глаза девушки наполнились слезами. - Я пришла, чтобы подумать. - Слова прозвучали будто из прошлого, из далекого прошлого... - Ведь это мое убежище для размышлений; я всегда сюда приходила. - Всегда ли, Эмбер? - Кто из них сделал первый шаг, она не знала, но они оказались рядом, совсем близко друг к другу, и разговор перешел на шепот. Джейк сердито продолжил: - Когда ты была здесь последний раз? - В ту ночь, когда ты меня поцеловал. - И то была правда. - Значит, ты все-таки помнишь об этом? - произнес он со вздохом. И вновь в его глазах загорелся тот непонятный огонь - сплав злости и еще чего-то... Может быть, голода?.. В каких тайниках души затерялась ее память в эти промелькнувшие семь-восемь лет? Как полевой цветок, забытый в летний день среди страниц книги и вдруг выпавший из нее много лет спустя, возвращает вас в прошлое, а высохшие лепестки обжигают вам руки, и вы вдыхаете призрачный аромат лета. Все это было так давно. Лето стояло необычное: и горькое, и радостное. Оглядываясь назад, она понимала, что тогда прощалась с детством. В пятнадцать или почти в шестнадцать лет Эмбер не стремилась к переменам. Но вокруг все менялось, менялись и ее друзья. Сандра, которая была старше на два года, оставила школу и поступила в колледж, готовивший секретарей. А Саймон, казалось, больше всего любил поболтать с Сандрой, сидя на траве, или играть в "лесных тигров". "Дядя Джейк"...