Я молчала, не понимая, к чему он клонит. Он глубоко вздохнул.

— Послушайте, я в лепешку разобьюсь, но добьюсь того, чтобы вас оправдали. Вы не похожи на лгунью. Поверьте, у меня есть кое-какой опыт в этой области.

В его голосе неожиданно появилась горечь, затем он продолжил более спокойно:

— Скажите, то, что вы рассказали сестре Бретт, правда?

— Все до единого слова.

— Если бы у меня были подозрения в обратном, — подчеркнул он, — я бы преподал вам такой урок, которого вы не забыли бы никогда. Понимаете, я сам делал эту операцию. Это моя первая в жизни операция на щитовидке. Если пациентка не выживет, то мы оба вылетим из Райминстера — это я вам обещаю!

Я поежилась из-за угрозы в его голосе, который вдруг снова изменился.

— Как бы то ни было, я буду вас отстаивать. И запомните, если вы сказали правду, то у вас есть свидетель, который к завтрашнему дню достаточно окрепнет, чтобы подтвердить вашу невиновность.

Я поняла, что он имеет в виду миссис Аллен.

— Вряд ли она будет свидетельствовать против мужа, — усомнилась я. — Начать с того, что она его панически боится…

— Предоставьте это мне, сестра, — сказал он. — Вы забываете, что зачастую женщины склонны идеализировать и наделять сверхъестественными способностями хирургов, которые их оперировали. Не волнуйтесь — она расскажет мне все, что я захочу узнать… Кстати, как вас зовут? Вы ведь новенькая, не так ли?

— Меня зовут Дженни Kapp, — сказала я. — Я из Олдхэма.

Он кивнул и повернулся, чтобы уйти.

— Ну, ладно, я пойду, а то, если медсестру увидят болтающей с доктором, это не принесет ей ничего хорошего. Да и у меня с репутацией не все гладко.

— Спасибо, вы были очень добры ко мне, — сказала я почти шепотом, — до того, как вы заговорили со мной, я собиралась сделать какую-нибудь глупость, может быть, даже бросить все и убежать.