Но уже через секунду он совершенно забыл о ее существовании. Его мысли вновь вернулись к тому печальному происшествию в Воксхолле, вследствие которого он и очутился в нынешнем затруднительном положении.
Шестнадцать лет назад теплым летним днем он поехал в Воксхолл-Гарденс. Будто вновь он увидел себя совсем молодым, таким же гордым, как сейчас, только чему? Повинуясь все тому же неосознанному влечению, не знающим этой предательской слабости и страсти, перебрался через реку по, мосту в Ламберте.
Как прекрасны были сады Воксхолла в начале лета!
Вновь он увидел их перед собой, словно все это было только вчера: ровные аллеи аккуратно подстриженных деревьев, а под ними маленькие столики, посыпанные гравием дорожки, разноцветные павильоны, причудливые гроты и лужайки, вычурные игрушечные замки, вызывавшие бурное восхищение мещан, все эти галереи, ротонды, бесчисленные колоннады, звучавшая всюду музыка, миллионы китайских фонариков, которые загораются, чуть только наступят сумерки, то и дело вспыхивающие тут и там фейерверки, кружки пива с пеной по краям и огромные ломти ветчины, взлетающие пробки от шампанского – и люди, множество людей, по случаю теплого летнего вечера вырядившихся в свои лучшие туалеты.
Две юные девушки мелькнули впереди него и скрылись в кустах – две легкие тени в полупрозрачных муаровых и бомбазиновых платьицах, так похожих в сумраке на шелковые, которые носят аристократки. Воксхолл был переполнен девушками – красотками в пунцовых шляпках и кокетливых капорах, развевающихся пышных юбках и надвинутых на глаза плотных капюшонах. Были там и молодые люди – щеголи с причудливо завязанными галстуками, в ослепительных жилетах, разряженные в пух и прах копии Браммела,