Майкл помолчал, затем на его губах заиграла бледная улыбка.

— Хелен, мы с ней всего лишь разговаривали. Затем, когда она сделала мне недвусмысленное предложение, я дал ей один добрый совет.

— Я заметила, что она явно приняла его близко к сердцу!

Он пожал плечами, а Хелен негромко засмеялась.

— Подумать только — стрип-танцовщица!

Он вскинул брови.

— Она на самом деле неплохая девушка.

Хелен, продолжая смеяться, отхлебнула кофе.

— Может быть. Но я вот нисколько не заблуждаюсь по поводу ошибочных выводов, которые мне приходилось делать в прошлом.

— Приятно слышать. Но хочу заметить, что мне еще только предстоит сделать ошибочные выводы.

— Могу поспорить на последний доллар, что это дело опасное, Майкл. — Она взглянула на него весело блестевшими глазами.

Он с гримасой посмотрел на свою чашку.

— Мне она вообще-то понравилась, — продолжала Хелен. — Этот апломб, с которым она держалась, скорее напускной, он был вызван неловкостью ситуации.

— Если можешь танцевать с обнаженной грудью, то, вероятно, можешь держаться с апломбом в любой ситуации.

— Как вы намерены поступить с ней? — спросила Хелен.

— Никак. А вы как намерены поступить с Люком Эскью?

Хелен нахмурилась.

— Вы намекаете, что эти два случая в чем-то схожи? Я никогда не завлекала Люка.

— Над его кроватью висит ваша фотография.

Хелен пробормотала неуверенно:

— Но я ничего не знала… Это совсем другое дело…

Эти слова ей самой показались жалким лепетом.

— Вы слишком категорично судите для человека, которого даже там не было, — заметил Майкл.

Хелен поспешно поднялась.

— Поскольку меня приняли за домработницу, мне лучше заняться моими прямыми обязанностями.