Животное понеслось быстрее, и, наконец, Дункан увидел очертания монастыря. И хотя само здание выглядело холодным и неприветливым, за садами вокруг него любовно заботились монахини.

Его мать была там счастлива. Она являлась верующей женщиной и обожала природу. Мать, пожалуй, была наиболее счастлива, когда ухаживала за цветами в саду. Он отослал её в монастырь много лет назад, хотя сам не смог сюда вернуться.

Семь лет Дункан не видел матери, и это причиняло ему боль. Мужчина винил себя в том, что не смог обеспечить ей лучшей жизни. Он чувствовал себя невыносимо виноватым, мука просто терзала его сердце на части. Дункан видел так много крови и тягостей на протяжении последних десяти лет. Он думал, что его сердце и эмоции надежно скованы и спрятаны за крепкой броней. Но сейчас они бесновались в нем, громыхали в ушах несмолкаемым гимном. «Я не могу, не должен опоздать!»

Наконец, всадники достигли входа, и Дункан постучал в ворота. Он нетерпеливо вышагивал, пока окошко в воротах не отворилось.

— Я приехал, чтобы увидеть вдовствующую графиню Уортингтон.

Просто одетая женщина колебалась.

— Вы ее сын?

— Да.

Каменные ворота открылись.

— Она ждет вас.

Дункану будто стало чуть легче дышать.

— Она все еще жива?

— Идите за мной, — сказала женщина, не отвечая на его вопрос. Она склонила свою голову и пошла через сады, благоухающие цветами, к каменному зданию. Без лишних слов открыла дверь и привела его в комнату.

Дункан увидел, что маленькая женщина лежала на небольшой и очень простой кровати. Кроме этого в комнате было очень мало мебели: лишь столик, табурет да крест, висящий чуть выше койки. Это место казалось голым и холодным, боль еще сильнее впилась в его сердце. Он не должен был оставлять ее здесь. Нужно было найти другой выход.