Он весело хмыкнул.

— Она слишком мала, чтобы ее отмечали на картах, но спросите любого рыбака, и он сразу поймет, о чем вы говорите. Многие называют ее Гаванью последнего шанса, потому что это одно из самых безопасных мест, где можно кинуть якорь в шторм до того, как пуститься в плаванье вокруг полуострова Кивиноу.

Безопасное место, подумала Роз. Разве такие бывают? Лично ей ничего подобного не встречалось. Жизнь виделась двадцатишестилетней Роз бесконечной вереницей крутых поворотов и различных ударов судьбы, чему немало способствовал ее импульсивный характер. Впрочем, название милое. Так что принять решение ей оказалось нетрудно.

— Я еду туда.

— В Гавань шансов? — Темные брови изумленно взлетели вверх. Надо было быть слепой, чтобы не заметить в его глазах недоумение. — А как быть с вашей машиной?

— Она останется здесь, — безразлично бросила Роз. — Меня удивляет, что ей вообще удалось преодолеть последние несколько сот миль.

— Гавань шансов немного в стороне от вашего пути, если он лежит в Висконсин.

— Ничего, зато я надеюсь, маршрут живописный. Все равно мне следует немного подзаработать. Как вы полагаете, смогу я найти у вас работу? С деньжатами у меня туговато.

Это еще слабо сказано, подумала она угрюмо.

— Туристический сезон закончился, но наверняка что-нибудь да отыщется. Однако плата будет невелика.

Забросив свою суконную сумку на заднее сиденье, Роз обернулась к нему:

— Мне подойдет.

Снова выехав на дорогу, мужчина включил музыку, хотя и не так громко, как раньше. Но все равно она разносилась по салону джипа, гулко отдаваясь в ее пустом животе. Когда она ела в последний раз? Могут ли пять покрытых глазурью леденцов, завалявшихся в кармане жакета, считаться полноценной трапезой?

Роз никогда бы не приняла сидящего за рулем человека за фаната «AC/DC».