— Поднимайся.

И он тут же выпрямился, подняв меня высоко к небу.

Роберт Гауэр сидел спокойно на траве.

— Вели ему скакать по кругу, — скомандовал он.

Одного прикосновения моих каблуков оказалось достаточно, и огромное животное двинулось так легко и ровно, будто мы скользили над землей. Я уселась покрепче и глянула в сторону Роберта. Он внимательно смотрел на нас, попыхивая трубкой.

— Продолжай. Теперь в галоп.

Я легонько сжала коленями огромные бока животного. Повинуясь мне, конь перешел в быстрый галоп, и улыбка счастья появилась на моем лице. Я сидела твердо, словно слившись с седлом.

— Ну-ка осади его, — внезапно крикнул Роберт, и я потянула поводья, испугавшись, что делаю что-то не так. — Держись крепче. Выше, вверх, Сноу.

Шея Сноу почти задела мой нос, когда он встал на дыбы и забил передними копытами в воздухе. Но я изо всех сил вцепилась в его гриву и осталась в седле.

— Спускайся, — приказал мне Роберт, и я легко соскользнула на землю. — Подай ей хлыст, — приказал он Джеку, и тот протянул мне хлыст, тепло улыбаясь.

— Встань перед лошадью, близко, как только сможешь, и прикажи ей подняться на дыбы, громко хлопнув по земле кнутом. Так, как здесь нарисовано, — приказал Роберт, показывая на свой фургон.

Я внимательно глянула на Сноу и щелкнула кнутом изо всей силы.

— Вверх! — крикнула я, и конь вознесся надо мной как гора.

Его черные копыта колотили воздух прямо над моей головой. Я щелкала кнутом, высоко подняв его, но и его длинная ручка не доставала даже до морды коня.

— Вниз! — приказал громко Роберт, и лошадь резко опустилась передо мной.

Я погладила его нос и увидела, что черная краска запачкала мою руку. Оглядев себя, я убедилась, что вся в ней измазалась.

— Мне следовало дать тебе халат, — извиняющимся тоном произнес Роберт и вытащил из кармана большие серебряные часы. — О, мы задерживаемся. Ты не поможешь Джеку подготовить лошадей ко второму представлению?