Лошади поворачивали, и колеса экипажа застучали по подъездной дорожке, Уэйд вздрогнул и очнулся от неловкой Дремоты. Мгновение спустя они остановились перед ступенями парадного крыльца, и Питер спрыгнул с козел, чтобы открыть дверцу экипажа. Лора быстро вышла и, пока Питер помогал выйти Уэйду, стояла, глядя на высокий, хмурый дом. В коридоре мерцал свет свечи, одна лампа горела в окне наверху, и это было все. Огней в гостиной не было. Она решила, что хмурый вид дому придают крутые свесы крыши и узкие окна. Улыбчивый вид дому придает щедрая широта.

Когда она стала подниматься по ступенькам вместе с Уэйдом, дверь открылась, и в проеме появилась маленькая женщина в черном платье, белом переднике и чепце. Это Элли, жена Питера, догадалась Лора: они оба давно состояли на службе в доме миссис Тайлер.

Улыбка Элли, обращенная к Уэйду, была исполнена любви. Подобно мужу, она удостоила свою новую хозяйку лишь мимолетного взгляда, как будто не осмеливалась на проявление интереса, пока не получит на то позволения высшей инстанции.

— Ваша матушка ждет вас, мистер Уэйд. Лучше, если вы зайдете к ней прежде, чем подниметесь наверх. Хотя ваша комната сверкает и совершенно готова к вашему приезду. Она метнула взгляд в сторону Лоры и добавила: — И ваша тоже, миссис Тайлер.

Лора поблагодарила ее и вошла в слабо освещенный холл. Холл был узкий, с темными закрытыми дверями по обеим сторонам, и уходил в глубь дома. С одной стороны поднималась крутая, такая же узкая лестница с темно-красной дорожкой, бежавшей на второй этаж.

Так как холл был слишком узок, Чтобы двое могли пройти по нему бок о бок, когда один из них продвигался на костыле, Лора отступила и пропустила вперед Уэйда. Ей вдруг не захотелось встречаться с женщиной, которая ждала их в дальней гостиной. Взгляд Лоры устремился на лестничную площадку и перила наверху, где она ожидала увидеть блестящие глаза восьмилетнего мальчика. Но верхний холл стоял темный, и маленького мальчика, поджидающего отца, не было.