— Моя жена Лора, — произнес Уэйд, и она почувствовала, что в нем шевельнулось какое-то беспокойство.

Старая леди выпустила ее руку с таким видом, будто прикосновение не доставило ей удовольствия, но взгляд ее не дрогнул.

— Я хочу все о вас знать, Лора, — бесцеремонно сказала миссис Тайлер. — Но это подождет. Я вижу, что мой сын утомлен. Поэтому сейчас я просто поблагодарю вас за заботу о нем. Хотя я сомневаюсь, что вы поступили мудро, пытаясь сделать это в одиночку.

— Больше никого не было, мама, — мягко сказал Уэйд. — В течение некоторого времени мы были окружены конфедератами. Если бы не Лора, меня, возможно, вообще не было бы в живых.

— В таком случае, я действительно благодарна, — отвечала миссис Тайлер, но глаза ее остались холодными. Она как бы подразумевала, что совсем не обязательно из благодарности жениться на сиделке.

Однако Уэйд, казалось, отбросил первоначальную неловкость по поводу этой встречи с матерью. Розоватые отсветы огня смягчили его бледность. Светлые блики играли на его густых темных волосах, которые закрывали воротник, как было сейчас модно. Его несколько аскетическую привлекательность не портила худоба, и в глазах Лоры он сейчас был похож на портрет знаменитого английского поэта, который она однажды видела.

— Хорошо быть дома, мама, — сказал Уэйд и коснулся ее рукой, свободной от костыля.

О его сыне не было произнесено ни слова, и Лора не могла удержаться.

— Мне не терпится познакомиться с Джемми, — сказала она. — Он уже лег спать?

Миссис Тайлер бросила на нее взгляд, не поощрявший дружеского интереса.

— Да, действительно. Хотя сегодня пятница, и в школе есть занятия, ему пришлось остаться дома. Он весь день отказывался есть, и за обедом я настояла, чтобы он съел все до кусочка. Я не потерплю всяких глупостей. Но его после этого стошнило, такой позор! В моей семье никогда не было слабых желудков, — это, должно быть, наследственность по линии твоего отца, Уэйд. Во всяком случае, сейчас он должен спать, и я предлагаю вам не тревожить его.