– …И знаешь, Перро, какое графство ты получишь?.. Нет, послушай, я скажу тебе. Ты станешь графом Корнуоллским.

Гавестон не мог поверить своим ушам.

– Корнуоллским? Но это же прямо королевский титул!

– Ты недоволен, Перро?

– Милорд, у меня нет слов!

– Найди их и скажи, что с этой минуты веришь: твой король любит тебя… А теперь, мой граф, давайте посмотрим, какие поместья, замки и земли вы обретете вместе с новым титулом.

Гавестон почувствовал, у него кружится голова от сознания своей значительности, от того, что преподнесла и еще преподнесет, наверное, добрая судьба… Ему стало, как никогда, ясно: Эдуард настолько влюблен в него, что исполнит любое желание. Разлука это показала… Даже… даже может сделать его королем – чтоб только потрафить ему!.. Конечно, старым баронам все это не понравится. Нужно будет глядеть в оба за ними. Большинство из них – дряхлое дурачье! Скоро они убедятся воочию, что Гавестон не чета им по уму… Не говоря уж о том, что за ним – король… Да, Эдуард будет называться королем, но править станет не его рука, а… рука Гавестона…

Его всегда ненавидели в королевском окружении, старались оттолкнуть подальше – все эти отпрыски благородных фамилий. Скалили зубы над его низким происхождением. Он ведь всего-навсего сын гасконского дворянина, в то время как многие из этих считают, что в их жилах течет королевская кровь. С кем у него было хоть какое-то взаимопонимание – это с Джоанной, сестрой Эдуарда… Увы, бедняжка так рано умерла… У нее был авантюрный склад характера, и ее привлекали мужчины приятной наружности. Нет, она не считала Гавестона равным себе, но ценила его ум и красоту. Она вышла замуж за Ральфа Монтермера, одного из самых красивых мужчин при дворе, однако весьма скромного происхождения, что вызвало ярость ее отца, которой она сумела противостоять. Жаль, что болезнь так внезапно свела ее в могилу.