Мысли Энни лихорадочно метались. Она вдруг подумала, что уже давно не навещала могилу родителей. Поздний ребенок, «последний шанс» сорокапятилетней Эмили и пятидесятилетнего Роджера Саутгемптонов, она чуть ли не с рождения знала, родители не будут вечно рядом с ней. Вера в бессмертие родителей умерла в ее душе, так и не успев родиться. Она любила мать и отца, отдавая этой любви все душевные силы. Их дом был полон тихой, спокойной радости, смешанной с капелькой печали, потому что все они знали, что конец придет скоро. Энни научилась жить с этой мыслью и не чувствовать страха. И сейчас, едва она вспоминала ушедших родителей, в ее душе была лишь светлая грусть.

Да, наверное, ей нужно съездить к родителям, рассказать о тяжелом камне, который вот уже три года мешает ей жить. У них с Шейном до сих пор нет детей. Врачи только разводят руками и говорят о необъяснимом бесплодии. А Энни каждый месяц с надеждой смотрит на календарь и верит, что в этот раз все получится, ведь бывает же так! Но каждый раз она знала, что ее лоно все так же пусто, и уже почти потеряла веру в чудо.

Темно-зеленые листья усыпали плитки пола. Рододендрон принял почти приличный вид. Оставалось убрать всего пару-тройку листиков.

Если бы у нее была близкая подруга, с которой можно было бы поделиться сомнениями и переживаниями, жить стало бы легче. Но у Энни никогда не было подруг. В детстве ей хватало любви и внимания родителей. Чуть ли не с первых дней жизни Энни они общались на равных, и потому у девочки не возникало потребности в общении и со сверстниками. А миловидной, но ужасно застенчивой девушке было трудно вписаться в шумную студенческую жизнь. Да и о каких развлечениях могла идти речь, если матери оставалось жить не больше двух-трех лет? Врачи уже давно предупредили семью Эмили. Энни хотела проводить как можно больше времени с матерью и отцом, она ведь чувствовала, что после ухода любимой жены Роджер задержится в этом мире ровно настолько, чтобы завершить все свои дела.