Зато хлопнула входная дверь и сразу стало немного светлее. Кажется, будто лампочка в светильнике стала ярче. Ах нет, это перестали литься слезы, застилавшие весь неброский пейзаж ванной. Теперь можно выбираться из убежища и заниматься своими делами, перекроенными под новые обстоятельства. Те, что проступают сейчас на ее лице. Но ведь все как всегда, и трудно было бы жить, не научившись использовать даже негативные явления себе на пользу.

Вот сейчас Вика продемонстрирует себе самой высший пилотаж в этой сложной области. Не случись неприятностей, Вике Золотовой, корреспондентке газеты «Алхимик» пришлось бы ехать тридцать минут из спального района в центр, в редакцию, и сидеть там до самого вечера, изображая работу. Ее начальница, главный редактор «Алхимика» Лана Житкевич, терпеть не могла если сотрудники не сидят на рабочих местах. Сколько раз ни пытались ей объяснить, что журналист не может работать в кабинете, она ничего не понимала. Лана считала, что информацию можно получить по телефону, а также по факсу или пусть заинтересованные в статье персоны сами тащатся на перекладных в «Алхимик». А болтаться по городу с заходом в магазин или на оптовый рынок, с обедом в кафе или дома — это разгильдяйство, а не работа. Сама Лана сидела в своем кабинете с утра до поздней ночи. Отлучалась она только раз в четыре дня на маникюр, раз в три недели на педикюр и раз в месяц к парикмахеру.

Почти вся редакция, рекламный отдел и даже бухгалтерия Издательского Центра «Перспектива», выпускающего газету «Алхимик» и несколько рекламных носителей, типа «Все покупается — все продается», испытывали комплекс вдовы. Прошло чуть больше месяца с того момента, как погиб прежний главный редактор Алексей Маловичко. Теперь каждый только и делал, что вспоминал как было при Маловичко и как теперь все при Лане.

А при Лане все было не так! Кто-то с ней спорил, кто-то ругался, у кого-то хватало терпения переубеждать, но это было бесполезно.