Дэймон в это время, казалось, застрял на крыльце, он внимательно прислушивался к их разговору и, улучив момент, вставил:

— Да, мытье головы — занятие не из легких.

— Конечно, иди, но ты, кажется, забыла в доме свой жакет. Подожди, сейчас принесу, — сказала Кезия Анне.

После ухода Кезии воцарилось неловкое молчание. Анна давно уже жалела о том, как она повела себя с Дэймоном. Ей казалось, — она невольно дала ему понять, что она к нему неравнодушна. Наверно, он считает ее безмозглой фарфоровой куклой.

Дэймон взял на себя роль миротворца и вкрадчиво произнес:

— Тяжелые выдались дни? Что больше изнуряет — фотосессии или салоны красоты?

— Вообще-то я тренировалась, — мягко произнесла Анна. Ей хотелось улучшить его мнение об ее скромной персоне.

— Тренировалась? — в голосе Дэймона послышались скептические нотки.

Подавив негодование, Анна ответила:

— Я готовлюсь к марафону, который состоится в Гайд-парке на следующей неделе. Устроители намерены собрать как можно больше пожертвований на благотворительные нужды, и я согласилась принять участие. Нам нужны деньги для детского хосписа. Может быть, и вы согласитесь выступить спонсором?

— С радостью. И сколько миль вы намерены пробежать?

— Тринадцать.

— А какую дистанцию вы пробегаете во время тренировок?

— Половину заданной. У меня не так много времени на подготовку, работа, знаете ли.

— Понимаю.

— Но я в хорошей форме, и нет никаких оснований считать, будто в день забега я сойду с дистанции, Анне снова показалось, что Дэймон смеется над ней.

Он догадался и сменил тему:

— Насколько мне известно, Ник регулярно жертвует на благотворительность значительные суммы.

— Как правило, шестизначные.