— Завтра ее осмотрит педиатр. Вообще-то я не припомню, чтобы она совсем перестала дышать, но, Нэт, как же я испугалась! А что, если бы меня не было рядом? Что, если бы я спала?

Она перевела взгляд на свою прелестную малютку, с ужасом представляя себе, что могло бы случиться.

Нэт постарался придать голосу спокойствие и убедительность:

— Ничего страшного не произошло бы. Приступ рано или поздно прошел бы сам собой. Она ведь не переставала совсем дышать, да?

— Нет.

Он подошел к кроватке и заглянул в нее.

— Много пришлось вынести бедной малышке, — нежно произнес он. — Если бы врачи знали, в какой дыре ты живешь, они не стали бы ее выписывать.

Энджи подошла к раковине и принялась разглядывать фигурную мыльницу.

— Нужно срочно переезжать, — проговорила она. — Из-за близости питейных и пекарных заведений в моей квартире стоит ужасный смрад. Я-то уже принюхалась и не замечаю. А врач меня сразу спросила, есть ли у нас в доме курильщики, и я поняла, что Лиза дышит загазованным и спертым воздухом. — Она смахнула слезинку и обернулась к Нэту. — Извини, что я тебя вызвала.

— Да что там…

Она впервые взглянула на него внимательно и увидела, что он одет не в рабочую робу, а по-домашнему: в чистые джинсы, темно-синюю хлопковую рубашку, из нагрудного кармана которой торчал карандаш, несколько верхних пуговиц расстегнуто. На ногах — удобные поношенные кеды. Первый раз она видела его не за работой, и у нее возникло неприятное чувство, будто она вмешивается в его личную жизнь.

— Не стоило тебе приезжать, — вымолвила она. — А я тут все сидела, рисовала себе разные ужасы, подумала: а не продать ли мне машину, ну и… — Она запнулась. — Кстати, который час?

— Где-то полдвенадцатого.

— О Господи! Извини. Ты, наверное, решил, что я совсем дура.

Он с улыбкой покачал головой:

— Нет, что ты. Я очень рад, что ты мне позвонила.