Она почувствовала, как лицо ее заливает смертельная бледность. Она обернулась, и он слегка отпрянул от нее.

— Почему именно «Макгрегорс»? — задала она вопрос. Он слегка поднял брови, затем пожал плечами.

— Обычно я запоминаю машины. Эту вот я отвозил на буксире к «Макгрегорсу» полгода назад. Тогда у нее расплющили в лепешку всю лобовую часть. Готов поспорить, машина та самая. Вы ведь в «Макгрегорсе» обычно чините машину? Там работают хорошие механики.

У Энджи чуть не вырвалось сдавленное рыдание, но она вовремя сдержалась и лишь покачала головой:

— Нет. Просто отвезите меня домой.

— К вам домой? — Он помедлил.

Энджи вытаращила на него глаза:

— Ну а к кому же еще?

Нэт криво усмехнулся. Ее вывела из себя его реакция и на минуту заставила позабыть о своих проблемах.

— Вы как хотите, Энджи, — заметил он, — но завтра вам все равно придется еще раз вызывать техпомощь, чтобы доставить авто в ремонт.

Энджи распахнула дверцу, и он наконец-то отскочил от окна. Она же сосредоточила все, свое внимание на Лизе. Теперь самое главное — добраться с ней до дома; значит, нужно перенести ее вместе с детским креслицем в кабину дорожной летучки. Моля Бога, чтобы кабина не оказалась чересчур прокуренной и грязной, она открыла заднюю дверцу машины и начала отстегивать кресло малютки.

— Эй, дайте я понесу, — предложил Нэт.

— Спасибо, не надо, — ответила она. — Я сама справлюсь.

Она вынула креслице вместе с девочкой из машины и прижала к себе. Кресло неприятно давило на живот, но она не сводила глаз с крошки Лизы — не проснулась бы! Бедная малютка наплакалась и теперь спала как убитая, в то время как для Энджи только начиналось новое испытание.

— Подайте, пожалуйста, мою сумочку, — попросила она Нэта. Голос ее звучал уже мягче.

Он протянул ей объемистый коричневый ранец: