— На, — она протянула Лизе свою ложку, чтобы чем-нибудь ее занять. Пока ребенок водил ложкой по уху, Энджи умудрилась скормить ей немного риса.

— Да, похоже, не столько тебе надо учиться есть с ложечки, сколько мне надо учиться тебя кормить, — сделала она вывод. Лиза радостно загукала и начала размахивать ложкой, а потом бросила ее на пол.

— Ну и силачка ты у меня.

Энджи удалось заставить ее проглотить полдюжины ложек рисовой каши, затем она отодвинула тарелочку с кашей и начала убирать со стола. Откуда-то потянуло табаком. Энджи застонала и, взяв на руки Лизу, подошла с ней к открытому окну. Хорошо хоть, погода теплая. Господи, какой же долгий день!

После того как попрощалась с Нэтом, она отвела Лизу к педиатру. Педиатр сказал ей, что у Лизы может развиться астма и аллергия, посоветовал подыскать район со свежим воздухом. Еще он составил для Энджи список гипоаллергенных продуктов детского питания, не содержащих лактозы, и сказал, что только ими она должна кормить Лизу, которую следует уже начинать приучать к твердой пище. Он уверил Энджи, что Лиза сейчас вне опасности, но потребуется немало усилий, чтобы не допустить повторения приступа.

После доктора Энджи отправилась в бюро социальной помощи, битый час простояла там в очереди и еще час проговорила с соцработницей, которая дала ей адрес специального приюта, где она может пожить некоторое время с Лизой, пока не подыщет подходящую квартиру. Оказалось, что в данном случае она имеет право на материальную поддержку, и, чтобы получить небольшую денежную сумму, Энджи пришлось заполнить кучу анкет.

— Многие находятся в куда более худшем положении, — уведомила ее соцработница. — Вы должны быть благодарны и за такую финансовую поддержку.

Энджи понимала, что она права, но тем не менее ей трудно переступить через свою гордость. Раньше она никогда ни от кого не принимала денежной помощи, никогда не брала в долг.