— Да, — поддакиваю я, — бабушка Аманда видела все твои фильмы по несколько раз и еще ни разу ни в одном эпизоде не отвела глаза от экрана.

— Вот видишь, — улыбается он, — это большой показатель.

— А сколько продлятся съемки? — спрашиваю я.

— Три месяца, но все будет зависеть от погоды. Мне нужно много снега.

— А еще что тебе нужно?

— Большая заснеженная поляна среди сосен, где я мог бы уронить вертолет.

— По-настоящему?

— Да.

— С людьми?

— Нет, там будет специальный кран и комбинированные съемки.

— А почему ты не снимешь все на студии?

— Мне нужен настоящий заснеженный склон, древние сосны, огромные сугробы и яркое солнце, — мечтательно говорит он.

— Вот бы посмотреть.

— На съемки тебя точно не отпустят, у тебя же экзамены.

— О да, я и забыла.

— Какая безответственность!

— Не беспокойся, бабушка Аманда с тетей Бетси тщательно проследят и напомнят вовремя. Что бы я без них делала?

— А сама взрослеть не собираешься?

— Не-е-ет, — улыбаюсь я и оглядываюсь на берег.

Тетя Бетси машет нам рукой, ей кажется, что мы слишком далеко заплыли. Дядя Санди тоже оглядывается.

— Они с тобой никогда не отдыхают, — говорит он.

Мы разворачиваемся и плывем к берегу.

— Они обещают отдохнуть, когда я выйду замуж, — говорю я.

Санди смотрит на меня очень внимательно, стараясь скрыть улыбку.

— И когда ты выйдешь замуж?

— Но я не хочу замуж!

— А что ты хочешь?

— Сбежать из дому с какой-нибудь заезжей цирковой труппой.

— И кем ты там будешь?

— Ну что ты, Санди, я же шучу! Побег с цирковой труппой — это вовсе не моя биография.

Он поднимает одну бровь.

— А что — твоя биография?

— Побег с какой-нибудь съемочной группой!

— Доминик, я серьезно.