На секунду ей даже показалось, что она стоит в школьной раздевалке и на нее презрительно смотрит Блэйк. Нет, этого не может быть – ведь теперь она красавица… Анне-Лизе удалось перебороть себя и все-таки заговорить с Дарэном.

– А я и не думала, что вы – один из творцов ледяной скульптуры… – дружелюбно произнесла она и, не дождавшись ответа, спросила: – Можно я тут пофотографирую?

Дарэн повесил рюкзак на спину и посмотрел на Анну-Лизу. Это ее «пофотографирую» и дурацкое, почти детское выражение на ее красивом лице заставили его взглянуть на нее по-другому. Сейчас она вышла из роли противной капризной девчонки, словно мягко очерченная фигура из куба льда.

Дарэн еще вчера почувствовал, что его тянет к ней, тянет против его воли. Тянет к ее красоте, к тому флеру смутного сладкого греха, который исходит от этой женщины. Тяга была скорее плотского характера, но, не исключено, что могла перейти в нечто большее… Может быть, поэтому он так старательно пытался избегать ее? Но она все же нашла узенькую тропинку к его душе, нашла, сама того не подозревая… В образе этой пушистой девочки в норковой шубке по-прежнему угадывалась порочная красавица, но теперь это не так бросалось в глаза…

С минуту поколебавшись, Дарэн решил дать слабинку. В конце концов, она не съест его. Вряд ли она умна, а глупые женщины не привлекают его, будь они хоть сто раз красивы…

– Пофотографируйте, – насмешливо ответил он. – И с чего это вам в голову пришла фантазия фотографировать ледяные скульптуры?

– Пришла фантазия? – усмехнулась Анна-Лиза. – Я занимаюсь фотографией уже пять лет. И два года – фотографией ледяной скульптуры.

Она расчехлила фотоаппарат и со знанием дела принялась выбирать ракурс. Дарэн по-настоящему удивился. Ему и в голову не могло прийти, что эта капризная девчонка хоть что-то смыслит в фотографии. А раз она занимается ледяной скульптурой, не исключено, что он даже знает ее фамилию.