Она ужасно смутилась.

— Теперь я оставлю вас на попечение мамы, чтобы вы могли обсудить с ней все условия размещения у нас вашего питомца, — с наигранной веселостью произнесла Энни, когда они вошли в двери офиса.

Нора, улыбаясь, подняла голову, и Энни едва заметно кивнула ей, подтверждая, что все в порядке.

— Я надеюсь, у нас есть все, что необходимо вам и вашему любимцу, мистер Кроуз. — Нора тепло улыбнулась Алексу.

— Все, что нужно, и даже больше, — вежливо заверил тот.

Энни искоса взглянула на Алекса и опять поймала его взгляд — такой же, как и тогда, когда они проходили через сад. Тем временем он продолжал, обращаясь к миссис Коннинз:

— И, пожалуйста, зовите меня просто Алекс.

— Нора, — вернула любезность миссис Коннинз.

В отличие от Энни, она не испытывала ни малейшей неловкости в присутствии этого обворожительного мужчины. Она умела общаться с людьми, и ей не приходилось для этого делать над собой усилие, в отличие от Энни, которой, чтобы слыть общительным человеком, приходилось делать глубокий вдох, прежде чем войти в комнату с незнакомцами.

Нора была очаровательной женщиной и тщательно следила за собой. Она давно овдовела и, несомненно, до сих пор любила покойного отца Энни, поскольку так и не вышла замуж снова. Она была внимательна к окружающим и умела ценить их положительные качества. Похоже, что Алекс произвел на нее самое благоприятное впечатление.

— А как вы узнали об «Уютном доме», Алекс? — продолжала Нора, возвращая разговор в профессиональное русло. — Всегда полезно знать, как люди нас находят. По чьей–то личной рекомендации? Или вы увидели одно из наших объявлений?

— Совершенно случайно нашел ваши визитки у себя в офисе. Даже не знаю, кто их принес.

Он почему–то с улыбкой взглянул на Энни. А Энни внезапно остановилась и сделала вид, что ее страшно интересует множество фотографий собак и кошек, украшающих стену офиса. Она надеялась, что ни мать, ни Алекс не заметят, как она смущена.