Джорджина также сознавала, что может попасть в серьезную переделку, если не выберется отсюда как можно быстрее. И виновата во всем она сама. Все это вынудило ее смирить свой гнев.

Внезапно путь им преградила миловидная девица, которая работала в таверне. Она бесцеремонно дотронулась до незанятой руки мужчины, несущего Джорджину.

— Вы вернетесь сюда? Вы не насовсем? Джорджина сдвинула назад шапку, чтобы рассмотреть, насколько красива эта девица, и услышала голос Каменной Стены:

— Я приду попозже, детка.

Лицо девицы просветлело. Она даже не сочла нужным взглянуть на Джорджину, которая вдруг с изумлением поняла, что та жаждет оказаться в обществе этого пещерного человека. До чего же удиви тельные бывают у людей вкусы!

— Я заканчиваю в два, — уточнила она.

— Стало быть, в два.

— Две девицы для одного — это, я думаю, многовато.

Эти слова произнес дюжий моряк, который поднялся из-за стола и преградил путь к двери.

Джорджина похолодела. Моряк был явно из тех, кто любит задираться и хорошо владеет кулаками. И он превосходил Каменную Стену по росту и габаритам. Правда, она забыла о другом джентльмене, которого тот назвал братом и который подошел и стал рядом. Вздохнув, он сказал:

— Я думаю, тебе не надо опускать ее на землю и ввязываться в это дело, Джеймс.

— Отойди отсюда, приятель, — предупредил брата моряк. — У него нет права приходить сюда и уводить не одну, а сразу двух наших женщин.

— Двух? Эта маленькая оборванка — твоя женщина? — Брат посмотрел в лицо Джорджины, которая встретила его убийственным взглядом. Может быть, по этой причине он лишь после некоторого колебания спросил: — Ты его женщина, дорогая?

О, как ей хотелось сказать «да!». Если бы она была уверена, что успеет убежать, пока моряк будет крушить этих двоих. Но такой уверенности у нее не было. Она могла сколько угодно злиться на обоих джентльменов, и в особенности на того, кого звали Джеймс и кто так неделикатно схватил ее, но вынуждена была скрыть свой гнев и отрицательно покачать головой.