До Тесс у него было много с амбициозных и честолюбивых женщин, которые были с ним, только из-за его широкий связей в Голливуде и из-за его богатства.

Но ни с одной из них ему не было так хорошо, как с Тесс.

С Тесс все было по настоящему. И он жаждал испытать это снова.

Конечно, теперь это было почти, не возможно, учитывая все их обстоятельства.

Она ждала ребенка, которого он никогда не сможет принять. Даже, несмотря на сильные взаимные чувства, которые они испытывали друг к другу.

Он не мог дать того, чего, безусловно, заслуживали она и ребенок. Он не мог дать им семью. Он не мог полюбить их.

Зачем же он все еще касается ее.

Большим пальцем он провел по ее нижней губе, кожей почувствовав ее тихое дыхание. В нем по нарастающей поползло напряжение, через руку, по груди разгоняя его пульс до бешенной скорости. Когда напряжение достигло его плоти, она стала твердой как камень.

Будь он проклят, если не поцелует эту женщину, которая спокойно спала сейчас перед ним.

Мысль коснуться губами ее губ была почти непреодолимой.

Почти.

Затрепетав, глаза Тесс открылись, и Бен отдернул свою руку.

Пристально посмотрев на него, она сонно улыбнулась.

– Привет.

Проклятье. Как она красива.

– Привет.

Оглядевшись по сторонам, она нахмурилась, будто бы забыв, где находится.

– Что ты делаешь в моей комнате?

Она не рассердилась, хотя имела на это полное право.

И он не смог удержаться от того, чтобы не откинуть назад ее влажные волосы, прилипшие ко лбу.

Что она сделала с ним, что ему так трудно удержать себя в руках?

– Я встревожился, почему ты не спустилась к обеду. Я стучал, но ты не отвечала, и я подумал, что что-то случилось.

Ее глаза все еще затуманенные сном, доверчиво посмотрели на него.

– Что?

Хороший вопрос. Теперь было очевидно, что он слишком остро на все реагировал.