Блондинка неохотно побрела назад, явно раздосадованная тем, что ее так бесцеремонно отослали. Лиз одарила Брэнди сочувственной улыбкой, хотя, конечно, эта девушка заслужила более жесткий выговор, чем тот, который сейчас получила от Джона. Не было никакого сомнения, телефонный звонок лишь повод, чтобы нагнать их на стоянке и еще раз попытаться разрушить ее план вместе пообедать.
— Продолжение следует. И сегодня же. — Джон запечатлел на губах Лиз долгий поцелуй и выпустил ее, наконец, из своих железных объятий.
— Ну, вези меня, — шутливо скомандовал он, пристегнувшись и откидываясь на спинку сиденья. — Я голоден, и один Бог знает, что мне может прийти в голову съесть, если меня немедленно не накормят.
— Звучит соблазнительно, — прошелестела Лиз, послушно заводя мотор. — Однако мы должны вначале подумать о твоем, Джонни, поведении. — Жесткие слова слетели с ее губ прежде, чем она успела задержать их.
— Не злись на Брэнди, — Джон зевнул, — ей и так уже хорошенько досталось, как ты заметила.
«И еще больше достанется, если она не научится держать свои хищные лапки подальше от чужих мужей», — мелькнуло в голове Лиз, и она резко вывернула руль на выезде со стоянки, чем вызвала замечание Джона.
Десять минут спустя, ловко управляя машиной, она припарковалась в едва заметном узком проходе.
— Ну вот! Что я тебе говорила! — торжествующе вскричала Лиз, — здесь полно места. По крайней мере, с моей стороны.
— Что, уже можно смотреть? — Джон с притворным испугом разжал пальцы, которыми прикрывал глаза. Он бросил взгляд на розовый «Кадиллак» не более чем в трех дюймах от его дверцы и содрогнулся. — О, жена, ты — форменный камикадзе. Никак не могу понять, как ты ухитряешься не разбиваться.