Что бы ни случилось, нельзя терять голову и наносить удар прежде, чем месть его будет тщательно подготовлена.

Латчетт угрожающе покачивался на толстых ногах, обтянутых желтыми рейтузами. Огромное брюхо выпирало вперед. Насколько знал Хаксли, хозяину дома было всего тридцать три года, однако от невоздержанной разгульной жизни он выглядел гораздо старше своих лет.

— Кого вам нужно? — требовательно спросил Латчетт у молодого человека.

— Он случайно заехал не туда! — вдруг выкрикнул чистый и звонкий голосок Берты. Девушка в отчаянии стиснула руки. — Вы же знаете, как легко сбиться с дороги по пути из Фови и вместо деревни оказаться здесь. Я с радостью провожу его…

— Помалкивай! — Широкая грудь Латчетга так и вздымалась от негодования.

«Разжиревший деревенский денди», — подумал Хаксли. — Слабовольный, самовлюбленный, жадный… и смертельно опасный». С каким бы удовольствием он выдавил жизнь из этого борова прямо сейчас. Заманчивая мысль, но это слишком легкая и милосердная смерть.

Хаксли улыбнулся трясущейся от страха Берте:

— Сейчас я все улажу, детка. — И повернулся к Латчетту. — Сэр, произошло досадное недоразумение. Полагаю, вы — мистер Роджер Латчетт?

Да, это я, — презрительно фыркнул тот.

Так я и думал. В таком случае, сэр, мне кажется, нам есть, что обсудить.

— Но… — снова пискнул дрожащий голосок.

— Тише, малышка, — негромко бросил Хаксли девушке. — Все будет хорошо. Полагаю, мистер Латчетт, вы уже получили мое письмо?

— Письмо?

— В котором я изъявлял желание арендовать ваш дальний дом — о нем любезно упомянули мне мои друзья Тревисы из Мевагисси.

Он слышал, как сдавленно ахнула Берта у него за спиной, но даже не обернулся в ее сторону.

Вид ошарашенного Латчетта доставил виконту немалое удовольствие.

— Дальний дом, — выдавил толстяк, отшатываясь. — Да-да, разумеется.