Скоро придется под каким-нибудь предлогом отослать Сару домой. Надо еще хорошенько подготовиться к тому, что предстоит нынче ночью.

— А как он выглядит?

Линдсей нахмурилась и, дразня подругу, состроила гримаску преувеличенного восхищения. Сара, заливаясь смехом, ущипнула ее за бок.

— Ну ладно. Виконт высокий. Очень-очень высокий. Чтобы заглянуть ему в лицо, я только что шею не сворачивала. И широкоплечий. Причем, по-моему, ему не приходится подбивать сюртук ватином, чтобы лучше сидел. И брюки тоже.

Сара хихикнула.

— Вот уж не думала, что ты так хорошо его разглядела. А лицо какое?

— Очень привлекательное, — поразмыслив, признала Линдсей. — Загорелое, как будто он много бывает на солнце. Длинный прямой нос, нижняя губа чуть толще верхней, но твердоочерченная, а уголки чуточку загибаются вверх. На подбородке, вот тут, — она дотронулась до своего подбородка, — маленькая ямочка, скулы высокие, а глаза черные-пречерные. Брови прямые и такие же черные, как волосы. А довольно длинные волосы вьются и спадают на воротник.

Сара взволнованно провела рукой по вороту платья.

Он очень красивый, да? Очень-преочень?

Да. И явно с сильным характером. Я бы сказала, что виконт Хаксли самый красивый и привлекательный мужчина из всех, кого я видела. Если бы я могла допустить хоть одну мысль о браке, то надеялась бы, что мне сделает предложение именно такой человек.

Услышав сзади какой-то сдавленный звук, Линдсей вихрем обернулась и ахнула.

— Боже мой, — пробормотала она. — Боже мой.

Виконт Хаксли слегка улыбнулся, а Линдсей в который раз забыла сделать ему реверанс.

Глава 3

Вся округа в один голос твердила, что с Антоном Поллаком трудно совладать, уж слишком он упрям и непреклонен. Ходили слухи, будто у этого высокого рыжеволосого силача, в чьих серых глазах застыла гранитная непреклонность, ум острее разбойничьего клинка, а на том месте, где положено находиться сердцу — лишь холодная пустота.