— Какие сиськи! — пробормотал Филипп.
— Это все, что тебя интересует? — сказал Дэвид.
Филипп попросил тишины в студии и махнул рукой девушке с внушительным бюстом. Она прошла на маленькую сцену с декорациями, имитирующими ванную. Грациозно забралась в большую круглую мраморную ванну. Реквизитор, устремившись к девушке, вылил на нее пенную жидкость. Кто-то вложил ей в руки огромный кусок мыла, и Филипп крикнул:
— О'кей, снимаем.
Заработала камера; Дэвид уставился на экран монитора. Девушка ослепительно улыбнулась прямо в объектив.
— Я — прекрасная нимфа, — проворковала она и принялась намыливать руки — сначала одну, потом другую. — Это мыло создано для меня. Оно бархатистое и нежное.
Она подняла длинную ногу и стала намыливать ее.
— Пользуйтесь мылом «Прекрасная нифа», и вы обретете красоту.
Она снова улыбнулась в объектив и чуть повернулась, чтобы лучше продемонстрировать свой бюст.
— Стоп! — закричал Филипп. — А теперь, пожалуйста, мисс Паркер.
Дэвид посмотрел на сцену — Клаудия заняла место первой девушки. У Клаудии была природная грация пантеры. Она произнесла текст низким чувственным голосом. Закончив, небрежно накинула халат и села. Девушка с большим бюстом расхаживала по студии.
— Возьми Клаудию Паркер, — сказал Дэвид Филиппу. — Вторая не идет с ней ни в какое сравнение.
Уходя со съемочной площадки, Дэвид встретился взглядом с Клаудией. Она улыбнулась. В ее глазах было нечто большее, чем обещание. Он вернулся в свой кабинет, собрал бумаги, сообщил Линде по телефону, что будет к обеду, и направился к выходу.
Клаудия стояла возле подъезда.
— Привет, — сказала она. — Тесен мир. Они несколько минут говорили о пробах, о мыле «Прекрасная нимфа» и погоде, затем Дэвид предложил пообедать вместе. Клаудия сказала, что это великолепная мысль.
Они отправились в уютный итальянский ресторанчик с интимной атмосферой, который находился в Челси. Дэвид знал, что там он вряд ли встретит друзей — своих или жены. Позвонив Линде, он предупредил ее, что задержится. Она огорчилась, но проявила понимание. Клаудия позвонила своему приятелю и отменила свидание. Они ели каннеллони, болтали, держались за руки — так все и началось.