Броуди принялся рассматривать Лилу. Под глазами у нее были темные круги, будто от недосыпа. Кроме того, сам не понимая зачем, Броуди обратил внимание на отсутствие обручального кольца у нее на пальце, а ведь он намеренно сторонится любовных отношений с женщинами. Все, кого он когда-то любил, покинули его. Сначала умер брат, а теперь и собака доживает последние недели.

Броуди отвернулся от Ворчуньи, которая по-прежнему приветливо махала лапой Лиле Грейнджер.

— Мило, что вы заехали, офицер…

— Моя фамилия Таггерт, — произнес он, не понимая, почему Лила продолжает нервничать. Ее дядя прав, она точно что-то замышляет.

Хотя Лила вряд ли будет затевать что-то противозаконное, зная, чем занимается ее дядюшка. Она совсем не похожа на торговку наркотиками или контрабандистку.

— Собрание было не из легких занятий? — спросил он.

— Почему? — ее голос стал подозрительно писклявым. — Мы мило пообщались в неформальной обстановке.

— Вы определились с планом действий? Я имею в виду — по поводу аттракциона в парке Бандстэнд.

— Вы об этом, — Лила слишком беспечно продолжала беседу. — Мы обменялись предварительными мнениями. Вы понимаете меня?

— Не понимаю, — недружелюбно ответил он.

— Мы изменили название нашего комитета. Теперь он называется «Спасем старинный аттракцион», сокращенно ССА.

Она посмотрела на него так, будто ожидала одобрения. Броуди молчал, и Лила принялась поспешно объяснять ему ситуацию:

— Мы могли бы установить большую елку, чтобы создать атмосферу приближающегося Рождества. Потом начали бы сбор средств и стали бы убеждать горожан изменить свое мнение насчет аттракциона.

Произнеся это, Лила покраснела, будто в самом деле затевала что-то противоправное.

— Можно устроить гуляния в парке по выходным с настоящим Санта-Клаусом.