В спальню снова вошла голая, довольно улыбающаяся Джуди. В руке она держала два шарика от пинг-понга и упаковку презервативов. Взяв пульт, выключила телевизор, почмокала губками перед носом задремавшего Билла. Тот нервно вздрогнул, с трудом разлепляя веки.

– Угадай, милый, что мы сейчас будем делать? – Джуди игриво потрепала мужа по щеке и лукаво улыбнулась.

На работе Билл Гейт появился раздражённым до предела. А впасть в предельно дурное настроение было от чего. Бессонная ночь, проведенная в жарких объятиях любимой молодой жены, изощрявшейся в своих сексуальных домогательствах, была, оказывается, ещё не последней каплей. По пути из своей вашингтонской квартиры в штаб-квартиру ЦРУ в Лэнгли он попал в грандиозную пробку, причиной которой оказалась хоть и немногочисленная, но весьма настырная демонстрация сексуальных меньшинств, выступавшая под плакатами типа "СВОБОДУ ПОЛОИСПОВЕДАНИЮ!", "ТРАДИЦИОННОСТЬ – НЕТРАДИЦИОНАЛАМ!", "ДАЁШЬ ОДНОПОЛЫЕ БРАКИ!", "ГЕИ – ТОЖЕ ЛЮДИ!" и скандировавшая аналогичные лозунги. А когда он уже выходил из машины, припарковавшись у здания ЦРУ, к нему наглым образом подкатила размалёванная проститутка в вызывающе короткой юбке, предлагая свои ненавязчивые услуги. Совсем уже охренели эти жрицы любви – ночи им мало!

И вот теперь, не успел он ещё появиться в дверях кабинета, а на его столе уже разрывался телефон. Билл подошёл к столу и снял трубку:

– Уильям Гейт у аппарата.

– Хэлло, Билли! Это я. Слушай, старина, нам нужно поговорить.

– Привет, Майк. Послушай, что за срочность такая, – Билл не скрывал раздражения. – Я ещё не успел и в кабинет войти.

– Я звонил тебе вчера, но тебя не оказалось на месте. Билли, есть серьёзный разговор. Нам нужно встретиться. И чем скорее, тем лучше.

– О'Кей, старик. Но сегодня я не смогу – куча дел. Ты, кажется, сейчас в отпуске? Приезжай завтра ко мне с утра.