Миссис Пиретти покачала головой:

— Поверь, я еще не сделала ничего, чтобы заслужить твою благодарность.

— Пожалуйста, выслушай меня. — Глаза Кэтрин наполнились слезами — неожиданными и нежеланными. Вне всякого сомнения, виной тому было ее измотанное состояние. — Мы встретились именно тогда, когда мне отчаянно нужна была помощь. И ты помогла — несмотря на то, что я бросила твоего сына. Позволила пожить у тебя, пока я не нашла квартиру. Дина, ты стала мне не просто другом, а матерью, которой у меня не было.

— Дорогая, не говори так, иначе я расплачусь. Очень тяжело остаться без матери, особенно в столь юном возрасте. И если я смогла заменить ее тебе, хотя бы в какой-то степени, это счастье для меня. Единственное, чего бы мне хотелось… — Дина прикусила нижнюю губу, явно испытывая вину. — Должна тебе признаться…

— Позволь мне догадаться. Ты руководствовалась вовсе не благородными мотивами? Дина, ты все это время надеялась, что мы с Гейбом вновь начнем встречаться?

— Так ты знала?

— Предполагала.

— Надеюсь, ты на меня не в обиде.

Кэтрин покачала головой.

— Разумеется, нет, — сказала она и крепко обняла женщину, которая могла бы стать ее свекровью. — Спасибо за все. Только не питай надежду по поводу нас с Гейбом. Это временно. Надеюсь, через несколько месяцев он поймет, что наше расставание два года назад было неизбежным. Мы просто не подходим друг другу.

— Мне кажется, что именно так все и закончится. И мне жаль, что тебе вновь грозит это испытание.

— Дина?

— Да, дорогая?

— Ты сама выбирала стеклянные шкафчики для кухни?

— Разумеется.

— И наверное, догадываешься, что, когда светит солнце, они становятся похожими на зеркала.

— Правда?

— Боюсь, что да. И почему-то я тебе не верю, когда ты говоришь, что тебе жаль, но при этом радостно, словно в предвкушении, потираешь руки.