— Он подчеркнул выгодные качества и каким-то образом замаскировал остальные, — заключила она.

— И все равно это ты, — произнесла бабушка с гордостью. — Именно такой видят тебя окружающие.

— Ой, ба, как здорово!

Она повисла у бабушки на шее. Но потом притихла и погрустнела, когда в голову пришла непрошеная мысль: «Я бы хотела, чтобы именно такой меня видела мама». Аликс не знала, почему вдруг подумала об этом. Но скрывать свои чувства от бабушки было выше ее сил, поэтому девушка честно призналась:

— Ба, я хочу попросить тебя об одолжении. Но боюсь, оно покажется тебе странным. Ты не будешь возражать, если я… если я пошлю… одну из моих фотографий маме?

Тягостное молчание, казалось, никогда не закончится. Наконец миссис Фарлей слегка охрипшим голосом произнесла:

— Аликс, ты хорошо подумала?

— Да. — Девушка сама удивилась, но говорила вполне искренне.

— Надеюсь, ты понимаешь, что я против? — Аликс молчала, и вскоре бабушка продолжила: — Дорогая моя, тебе не кажется, что лучше оставить все как есть? Ты еще слишком мала. — В голосе бабушки за внешней суровостью звучала печаль.

— Я и не собиралась… ничего менять, — Аликс потупилась, — но может, ей стоит увидеть… как я выгляжу?

И неожиданно, к ужасу бабушки и к своему собственному, девочка разрыдалась. Она плакала так редко, что обе были потрясены.

— Малышка моя! — Бабушка обняла ее за плечи и принялась успокаивать. — У меня и в мыслях не было, что ты настолько переживаешь.

Аликс и сама не подозревала насколько, до сегодняшнего дня.

— Просто мне больно оттого, что… мы совсем ничего не знаем друг о друге. Ба, это так… неестественно! — выдавила из себя Аликс, глотая слезы.

— Но ты должна понять… она сама не предпринимала попыток связаться с тобой.

— Но разве не ты убедила ее, что так лучше для меня? — быстро среагировала внучка.

— Ну… Тебе сильно-сильно хочется послать ей фото? — спросила бабушка, выйдя из задумчивости.